Skip to content

На главную >> Прблемы и решения >> Безответственность или заведомая ложь?
Безответственность или заведомая ложь?
Разместил(а) Редакция
Проблемы и решения
02.06.09 01:00

1Появление недостоверных публикаций о строительном комплексе в красноярских СМИ становится дурной традицией. Журналисты, стремящиеся любой ценой организовать сенсацию, не останавливаются даже перед легко проверяемой фальсификацией фотодокументов. 29 мая в новостях красноярского выпуска ОРТВ показан сюжет, посвященный объектам культурного наследия.

Было сказано: «Наконец-то в Красноярском крае возбудили уголовное дело в отношении чиновника краевой администрации, главного архитектора края Константина Шумова, который незаконно  выдал разрешение на перемещение дома Парфентьева — выявленного объекта — с последующим его восстановлением. Восстановить не получилось, во время демонтажа дом разрушился. Согласно официальным документам, подписанным ведомством Шумова, от ветхости».

Уголовное дело действительно возбуждено, что еще не говорит о виновности. А только о расследовании по поступившему заявлению. Верхняя часть дома во время демонтажа рассыпалась в труху. И есть официальный акт о ветхости, составленный и подписанный после вскрытия конструкции нынешним руководителем службы по охране памятников министерства культуры края, в то время заместителем руководителя комитета по охране памятников Юрием Тихоновичем.

Этим относительно достоверная информация в сюжете исчерпывается. Далее идет откровенная ложь. На экране появляется Наталья Шорохова — председатель ТСЖ «Содружество-2006», созданного в доме по ул. Парижской Коммуны, 31. Она заявляет, что видела, как разрушали дом: «Он настолько был крепкий, что его разбивали чугунной бабой. Это была пятница. Как всегда — после работы, когда уже невозможно найти никакие ответственные органы. Разбивали чугунной бабой в пятницу, субботу, воскресенье. Били его по-страшному».

Журналистка Яна Макаренко добавила: «Сегодня уже доподлинно известно, что никаких проверок и экспертиз дома Парфентьева перед демонтажем не проводилось. В том, что дом действительно был настолько ветхим и не подлежал восстановлению, выражают сомнение эксперты». Имена экспертов не приводятся.

Внесем ясность: дом Парфентьева, находившийся на ул. Ленина, 36 — деревянное двухэтажное строение. Очевидно, ни г-жа Шорохова, ни предоставившая ей слово журналистка о технологиях сноса не имеют ни малейшего представления. И не сочли нужным ни у кого проконсультироваться. Иначе в эфире не появился бы явный обман. Маятниковый копр (названный Шороховой «чугунной бабой») в принципе не может применяться для сноса деревянных домов. Его используют исключительно для разрушения каменных строений. Их в Красноярске почти не сносят, и вряд ли в городе вообще есть такая машина. Она пока не нужна, и никто не станет вкладывать деньги в ее покупку.

Разборка добротного деревянного дома проблемы не составляет. Иное дело — разрушение с помощью маятникового копра. Дерево — упругий материал, и хорошо сопротивляется ударным нагрузкам. Поэтому деревянные дома демонтируют исключительно методом разборки.

Но выясняется, что речь и не идет о деревянном доме. В сюжете представлено фото «дома Парфентьева»  — красивого каменного одноэтажного строения. Его ценность сомнений не вызывает. При увеличении на фото видна охранная табличка, указывающая, что дом относится не к выявленным объектам, а к внесенным в государственный реестр памятникам. Снос или перемещение такого дома – сложнейшая юридическая процедура.

Здание показалось знакомым. Пришлось немного погулять по городу с фотокамерой. Дом нашелся почти сразу. Телеканал показал старую фотографию поныне здравствующего, внесенного в реестр памятников, особняка председателя красноярского Вольного пожарного общества П.К. Гудкова, расположенного  по пр. Мира, 35. Сейчас в этом доме находится Краевое бюро судебно-медицинской экспертизы. В конце 90-х годов здание прошло реставрацию, и внешний вид слегка изменился. Но спутать невозможно.

Выступавшая в сюжете ОРТВ г-жа Шорохова известна как личность одиозная. Она считает чуть ли не всю территорию квартала своей собственностью. Шорохова всячески препятствовала строительству нового дома на месте снесенных бараков. И даже теперь, когда дом построен, а жители ее ТСЖ отдыхают в уютном дворе, старается создать максимум проблем жителям новостроек. Любыми способами — и законными, и незаконными. К примеру, к новому дому перекрывался проезд – во двор впускали только автомобили жильцов ТСЖ. Хотя закон в таких случаях устанавливает сервитут – право беспрепятственного проезда по чужой территории. Проезд открыт в декабре 2008 года по решению Центрального районного суда. Только у такого «эксперта» и взяла комментарий по поводу этого дома журналистка ОРТВ, не удосужившись спросить кого-нибудь еще. Например, выслушать другую сторону.

Владимир Медяник, генеральный директор ООО «Артисстрой», которое занималось сносом этого здания, категорически опроверг заявление Шороховой: «Ничего подобного не было. Разбирали с нумерацией деталей конструкции, как и положено по закону. Здание уже принадлежало нам, и мы собирались использовать его для себя. Все правоустанавливающие документы были согласованы. Неподалеку, по ул. Марковского, 23-27, была выделена площадка, на которой мы складировали пригодные к дальнейшему использованию детали дома. И надеялись, что комитет по охране памятников разрешит восстановление сгнившей части дома методом новостроя».

Заявление журналистки об отсутствии экспертиз по дому Парфентьева тоже говорит как о ее полной некомпетентности, так и о крайней небрежнсти подготовки материала. Экспертизу действительно «забыли» провести в 80-е годы, когда дом вносили в список выявленных объектов. Но затем местные и московские эксперты установили его сомнительную ценность. Оснований для внесения здания в реестр экспертиза не дала, поэтому и появилось разрешение на перенос. Что касается списка выявленных объектов культурного наследия, то краевой орган по охране памятников не может даже сообщить общее количество внесенных в этот список объектов.

{jcomments on}

Сообщения с форума:
сообщений нет

 
Интересная статья? Поделись ей с другими: