Бушуют страсти на предмет застройки исторического центра, сохранения памятников культурного наследия. Как одновременно учесть требования цивилизованного жизнеобеспечения горожан, интересы застройщика и сберечь индивидуальный исторический облик городов? Если будут решены эти вопросы, более очевидными станут модель развития Красноярска, его самобытность и привлекательность среди других сибирских мегаполисов.

В предыдущих номерах мы начали разговор о выявленных объектах культурного наследия. Говорят о них много и часто, но все публикации и выступления поверхностны и сводятся к дилемме: памятники или новостройки?

Необходимо серьезное и глубокое изучение проблемы. Наши беседы как с профессионалами — специалистами по сохранению культурного наследия, архитекторами, строителями, так и горожанами, которым небезразлична судьба города, показали: в этой теме переплелись многие, казалось бы, не связанные между собой вопросы. Настало время переходить от слов к делу. Но для этого необходимо понимание.

Страж закона охраняет его так идеально, что никто не может законом воспользоваться

Многим деревянным строениям Красноярска был искусственно определен статус памятников и выявленных объектов культурного и исторического наследия, в результате чего люди, живущие в них, стали заложниками действующего законодательства.

В списке зданий, для которых краевой закон № 7-2555 от 4 декабря 2008 г. установил в Красноярске охранные зоны как для памятников истории и культуры регионального значения, — 9 руинированных жилых домов. В списке выявленных объектов таких во много раз больше, но назвать точное количество не может никто. 16 октября прошлого года начальник департамента городского хозяйства Виктор Ящук сказал, что только в числе официально признанных ветхими и аварийными 57 домов объявлены памятниками культуры и архитектуры (очевидно, с учетом выявленных объектов). Реально ветхих домов значительно больше, чем официально признанных таковыми. Соответственно больше и ветхих выявленных объектов.

Очевидно, что в памятниках люди жить не должны. Благоустроить эти дома за счет жителей невозможно – они находятся в аварийном состоянии и никакой переделки не выдержат. Хотя изначально дома были на редкость прочными — держатся до сих пор, несмотря на то, что признаны аварийными десятки лет назад. Снесенный дом на ул. Парижской Коммуны, 36, был признан аварийным в 1980 году. Подробно упоминавшийся в прошлом номере газеты «Строитель» дом на ул. Горького, 13, — еще раньше, в 1968 году.

Жителей заставляют унижаться. Прошедшая все инстанции, включая краевую СЭС, Заксобрание края, приемную главы города, управление госинспекций надзора и инвентаризации края, обитательница дома по ул. Горького, 13, Наталья Балашкина добилась ремонта: «ООО УК «Жилкомресурс», рассмотрев Ваше заявление о неудовлетворительном состоянии кровли и осуществив проверку с выездом на место, сообщает, что обслуживающей организации МП ПЖРЭТ-7 выдано предписание на производство частичного ремонта кровли над Вашей квартирой. Выполнение данного вида работ находится на контроле управляющей компании».

Это ответ № 04-468 от 21 августа 2007 г., полученный из ООО УК «Жилкомресурс». Ремонт сделали, а через пару месяцев кровля потекла снова.

Власть не может помочь. Обращения отчаявшихся горожан поступают в районные администрации, не имеющие права решать вопросы расселения и сноса.

Люди пытаются самостоятельно улучшить свою жизнь. Но статус домов-памятников и выявленных  оставляет для этого мало возможностей. Российское законодательство не позволяет подвергать их реконструкции, возможна только реставрация внешнего вида.

По законодательству человек не имеет права вкладывать свои деньги и труд в такую реставрацию. В памятнике и даже в выявленном объекте без проекта нельзя вбить ни одного гвоздя. А с согласованным проектом это должна делать специализированная лицензированная организация.

К тому же для такой работы есть большое психологическое препятствие. Люди понимают, что их все равно когда-нибудь расселят. Может, завтра, а может, через двадцать лет.

На реконструкцию дома по ул. Карла Маркса, 118 (не требующего расселения), выделено 20 млн. руб. По словам руководителя службы по охране памятников министерства культуры края Юрия Тихоновича, это средневзвешенная цена работ на объектах деревянного зодчества. Стоимость расселения жителей в нее, естественно, не входит. Недешево стоит и содержание объекта культурного наследия. Простое поддержание отреставрированного и находящегося в нормальном состоянии памятника архитектуры требует около 150 руб./кв. м в месяц.

Строительные фирмы несколько раз пытались подступиться к выявленным объектам  — и отступались. Снос запрещен, и никто не торопится уточнять их статус.

Буква закона должна быть включена в алфавит: о статусе выявленных объектов

Все начинается с законов. Если понять и донести до общественности несуразицы нашего законодательства, то многое прояснится. А общественное мнение, что бы там ни говорили, даже у нас штука очень сильная. С него-то как раз все перемены и начинаются.

Существует два статуса объектов культурного наследия — «памятники культурного наследия» и «выявленные объекты». Памятники внесены в соответствующий реестр и подлежат государственной охране. Закон однозначно запрещает снос памятников истории и культуры, официально поставленных под государственную охрану. Если ценность объекта подтверждена профессионалами-экспертами, его, безусловно, надо реставрировать и сохранять в достойном виде.

Но в Красноярске много объектов, значащихся выявленными. Статуса памятников они не имеют, но тоже «охраняются государством». Их часто — иногда по неведению, а чаще для сознательной дезинформации — путают с памятниками.

У выявленных объектов совершенно иной статус. Официально эти строения не являются ни памятниками, ни ветхим жильем. Практически все они находятся в аварийном состоянии, но сносу не подлежат. Не подлежат и реставрации как памятники. По ним нужны дополнительные исследования, после которых объект должен либо включаться в перечень памятников, либо исключаться из списка выявленных.

Список выявленных объектов начали составлять в 70-е годы. По генплану 1973 года исторический центр полностью сносился («Строитель» № 340). Работники органа по охране памятников не сомневались, что генплан начнут немедленно исполнять: иное в то время было невозможно. Работа по выявлению памятников проведена не была. Зато имелся богатый печальный опыт, когда жертвами очередной кампании становились ценные архитектурные и исторические объекты.

Чтобы выиграть время и получить возможность разобраться с объектами культурного наследия, использовали единственную предоставленную принятым в 1978 году Законом РСФСР «Об охране и использовании памятников истории и культуры» возможность. Центр города объявили слоем исторического наследия, а старые строения в нем — выявленными памятниками. Список получился огромным.

Закон 1978 года и развивающая его Инструкция, принятая в мае 1986 года, требовали  при обнаружении объекта провести его экспертизу. При установлении историко-культурной ценности орган по охране памятников имел право самостоятельно принять решение о регистрации этого объекта в Списке выявленных объектов культурного наследия.

В Списке имелись графы, требующие сведений о местонахождении объекта, дате и авторе постройки, современном состоянии и виде использования. Последняя графа — заключение экспертизы. Понятно, что в той спешке оформить все документально было невозможно. Разобраться с каждым объектом и составить документы следовало позднее, но сделано это не было. Сроки закон не устанавливал.

24 декабря 1986 года вышло решение крайисполкома, обязывавшее управление культуры и Красноярский инженерно-строительный институт провести дополнительные исследования по перечню объектов, содержащихся в приложении № 5. Это приложение — «Список выявленных объектов, требующих дополнительных исследований». Тот самый  забытый на восемь лет список.

Решение крайисполкома не утверждало список, а требовало навести в нем порядок. Следовало определить ценность каждого объекта и либо отнести его к памятникам, либо снять с государственной охраны. Надлежало составить документ по установленной законом форме — «Список вновь выявленных объектов, представляющих историческую, художественную, научную и иную культурную ценность», и зарегистрировать документ в установленном порядке. Решение приняли, но выполнено оно не было. Зарегистрированного документа не существует.

В декабре 1992 года руководитель Центра по охране памятников Татьяна Коломеец обратилась в Москву с просьбой согласовать список вновь выявленных объектов для внесения в реестр памятников. Но список содержал только название объектов и их местонахождение. Никаких данных, подтверждающих ценность, в нем не было. Получен ответ: список составлен не по установленной форме, но все же условно список был согласован. И даже были приложены заключения экспертов по некоторым объектам.

В 1999 году Красноярский центр по охране памятников (уже при новом руководителе — Константине Шумове) провел их инвентаризацию. Значительная часть внесенных в список объектов в нем осталась, но кое-что было исключено. После чистки списка ряд зданий был переведен в категорию памятников и прошел реставрацию.

С 2002 года процедура внесения зданий в реестр памятников усложнилась. Закон № 73-ФЗ от 25 июня 2002 г. «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов РФ» ввел положение об историко-культурной экспертизе. Но никакого подзаконного акта по созданию проводящей такие экспертизы органа и установлению ее процедуры принято не было.

Список пополняется и сейчас. Прежнее руководство Управления культуры занималось расширением своих полномочий, для того чтобы увеличить влияние и искусственно завышать собственную роль. Причины — личная амбициозность, хотелось показать свою значимость…

Создание министерства культуры в структуре правительства Красноярского края, приход Геннадия Рукши с его опытом — это определенно позитивный момент. Есть надежда, что порядок будет наведен.

Распространено мнение, что правовой статус выявленных объектов законодательно оформлен слабо, и закон оставляет место для произвола органов по охране памятников. Игорь Федоров, генеральный директор ООО «СитэкСтрой»: «Совершенно не проработан в законодательстве вопрос охраны объектов культурного наследия. Наряду с настоящими памятниками в реестр входят объекты, никакой ценности не имеющие» («Строитель» № 314 от 19.11.2008 г.).

Огласите весь список, пожалуйста!

Но закон однозначно определяет процедуру принятия решения о присвоении объекту статуса выявленного. Только для объектов археологического наследия п. 6 ст. 18 сохранил прежний порядок, по которому они считаются выявленными с момента обнаружения.

Статус эксплуатируемых зданий определяется п. 2 ст. 18.  А это совсем иная процедура. Объекты, в отношении которых вынесено заключение государственной историко-культурной экспертизы об их ценности, относятся к выявленным объектам культурного наследия со дня поступления в федеральный или региональный орган охраны объектов культурного наследия документов, указанных в статье 17 закона. Эта статья определяет список из 12 документов, необходимых для внесения объекта в реестр.

Ни о каком единоличном решении руководителя органа по охране памятников, равно как и о бессрочном нахождении объекта в списке выявленных, не может быть речи. Статус выявленного присваивается только объекту, в отношении которого подготовлен полный пакет документов, и только на время их рассмотрения. А ст. 19 устанавливает для этого предельный срок в один год. Если решение своевременно не принято, объект из списка автоматически выбывает.

Даже строения, внесенные в список в 2007 году и не переведенные в категорию памятников, никакого правового статуса уже не имеют. Не говоря уже о домах, находящихся в списке более 30 лет. Конечно, культурное наследие надо сохранять. Но делать это следует в соответствии с законом. Необходимость проведения большой работы — не основание для беззакония.

Дома запрещают сносить на основании незаконного списка выявленных объектов. Это создает серьезные проблемы для всех. Множество внесенных в список объектов располагаются в ветхой застройке по обоим берегам Качи. Немало их и в построенной в 50-е годы XX столетия Николаевке. Застройщики, которые заходят на эту территорию, рискуют  столкнуться с перспективой уголовного преследования.

Законы (а также многочисленные нормативно-правовые акты, инструкции и другие подзаконные документы) можно избавить от промахов, если существует четкий порядок принятия решения. То есть имеются ясные и понятные всем административные процедуры. Должны быть нормативно установлены однозначный порядок и конкретные сроки осуществления бюрократических действий. Существуют процедуры принятия решений, получения и использования информации, рассмотрения обращений граждан и юридических лиц, контроля и другие.

В идеале процедуры должны содержаться в законодательном акте, а не регулироваться на подзаконном уровне. Порядок и сроки действий чиновника составляют часть регулирования, которая не менее принципиальна, чем нормы материального права. Поэтому неоправданно и чревато непредсказуемыми последствиями частое изменение сроков и порядка действий чиновника.

Есть список памятников, теоретически находящихся под охраной, реестр. Ну а где увидеть полный список «выявленных памятников»? А где гарантия, что застройщик, получив разрешение на снос, на следующий день не увидит перед своим офисом комиссию с документом, постановляющим, что конкретно эта развалюха — вновь выявленный памятник?

Полностью реестр никому не доступен.

Статья 17 Закона № 73-ФЗ от 25.06.2002 г. «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов РФ».

Для принятия решения о включении объекта культурного наследия в реестр соответствующий орган охраны объектов культурного наследия представляет в Правительство РФ либо в орган государственной власти субъекта РФ, определенный законом данного субъекта РФ:

1) заявление о включении выявленного объекта культурного наследия в реестр;

2) заключение государственной историко-культурной экспертизы;

3) сведения о наименовании объекта;

4) сведения о времени возникновения или дате создания объекта, дате основных изменений (перестроек) данного объекта и (или) дате связанного с ним исторического события;

5) сведения о местонахождении объекта;

6) сведения о категории историко-культурного значения объекта;

7) сведения о виде объекта;

8) описание особенностей объекта, послуживших основаниями для включения его в реестр и подлежащих обязательному сохранению (далее – предмет охраны);

9) описание границ территории объекта;

10) фотографическое изображение объекта;

11) сведения о собственнике объекта культурного наследия и пользователе объектом культурного наследия;

12) сведения о собственнике земельного участка и пользователе земельным участком, а также о правовом режиме использования земельного участка, в пределах которого располагается объект археологического наследия.