Skip to content

На главную >> Архитектура >> Социал-дарвинизм к архитектуре не применим
Социал-дарвинизм к архитектуре не применим
Разместил(а) Редакция
Архитектура
05.05.09 01:00

Архитекторы и проектировщики в условиях кризиса: что делать?

Механизм по уничтожению качества и добросовестной конкуренции

Бесспорный факт: частные инвестиции в строительство сократились в разы. Консервируются уже начатые объекты, откладываются перспективные проекты. Уменьшается количество заказов у архитекторов и проектировщиков, цены на проектные работы падают. А дебиторская задолженность архитектурным мастерским нарастает. В итоге снижение зарплат и увольнение сотрудников.

Для всех без исключения архитекторов приобретает громадное значение получение госзаказа. Конечно, в этих условиях конкуренция между проектными организациями  обостряется, но побеждают, как правило, не самые сильные в профессиональном смысле слова, а те, кто предлагает наиболее низкую цену проектных работ, практически демпинг.

В соответствии с жесткими установками «антикоррупционного» 94-ФЗ  бюджетные (государственные?) средства на проектирование у нас распределяются на аукционе. По этим правилам нельзя проводить архитектурные конкурсы, где соревновались бы проектные идеи. У нас проводят аукцион, на который подаются не проекты, а предложения о цене проектирования. Получается так, что частный заказчик был заинтересован в качественной архитектуре, он искал  лучших. А вот государству на качество архитектуры наплевать.

Государство исходит из того, что любой дипломированный архитектор (была бы лицензия!) может на одном и том же уровне спроектировать любое здание, важно только, сколько денег он за это попросит.

Предсказать сценарий ближайшего будущего развития архитектуры несложно. Очевидно, предстоит новое огосударствление архитектурного процесса, поскольку выжить в создавшейся ситуации смогут только государственные проектные институты и демпингующие (около)проектные компании. Второй печальный вывод: впереди  снижение качества архитектуры, поскольку государство создало тендерный механизм по уничтожению качества. Мы в ближайшее время вернемся к советскому опыту — безымянной массе архитекторов, задешево создающих типовые проекты по госзаказу.

myakotaОб этих и иных драматичных коллизиях мы говорим с Алексеем Мякотой, членом правления Красноярской организации Союза архитекторов России, руководителем секции градостроительства.

Тендерный абсурд

— Алексей Дмитриевич, архитекторы всегда зависели от заказчиков. Теперь их значительно меньше. Можно сказать, что сейчас правит балом госзаказ. Закончилось время творческих поисков и экспериментов, право свободного выбора от частного заказчика?

— Оценивая сегодняшнюю ситуацию, можно говорить об уходе частного инвестора. Заказы в проектные организации поступают из государственного бюджета разных субъектов – федерального, краевого, муниципальных, и вопрос распределения этих заказов становится главным. Кому они попадут? Мастерским, которые имеют  квалифицированных, опытных и талантливых специалистов? Нет, потому что механизмы, по которым выбирают исполнителя проектных работ по государственному заказу, основаны на одном ключевом моменте — минимальной цене. О такой модели, как открытый архитектурный конкурс, нигде сегодня речь не идет.

У кризисного рынка лозунги — дешевле, проще, быстрее. В проектном цехе в цивилизованном мире все иначе.

Во-первых, люди, принимающие решение по размещению госзаказа, понимают, что такое проектирование — и в области безопасности, и в значении культурологических аспектов, и в сфере этики и эстетики. Нельзя забывать, что архитектурное проектирование создает внешнюю среду, которая формирует общественную психологию.

Во-вторых, там, в цивилизованном мире, тоже есть минимальная цена проектных работ. Кстати, она значительно выше расценок, которые диктуются российскими сборниками цен.

В Европе и Америке через налоговые и страховые системы ассоциации проектировщиков — те же самые саморегулируемые организации – отслеживают демпингующие проектные организации и лишают их возможности участовать в проектных работах на три года. А если будут замечены еще раз — навсегда.

Что происходит у нас? Победителями аукциона становятся компании, которые понижают минимальную заявленную стоимость проектных работ в два, а порой и три раза! Наверное, чиновники, проводящие процедуру выбора исполнителя, находятся в восторге: сэкономлены бюджетные деньги… Но ведь невозможно качественно сделать проект, а это никого не волнует.

И о таком чудовищном положении дел знают все – и управленцы, и проектировщики, разговоры идут не первый год, и ничего не меняется. В тендерах участвуют люди, не чистые на руку, которые заведомо понимают, что не осилят выполнение проектных работ. Вот показательный пример в Красноярске — Ледовый дворец. Почему из года в год растет цена на проект, а строительство не продвигается?

Да все просто: выбирается компания по минимальной цене, затем они доказывают, что за эти деньги не могут сделать, и правильно, это никто бы не смог. Но зачем было изначально выбирать победителя по ТАКОЙ цене?

Сохранить специалистов!

— А каким в таком случае будет качество проектной документации?

— Последствия могут быть катастрофическими и глобальными. Но я даже не о качестве говорю. Вызревает проблема, которую, казалось бы, мы уже пережили в перестроечный период 1990-х годов, когда, не имея заказов, специалисты уходили в никуда. Прерывалась преемственность, и неимоверные усилия требовались для восстановления профессиональной планки мастерства. Ведь молодой дипломированный специалист после института – это еще не проектировщик и архитектор.

Однако когда кризис закончится и строительство возобновится, набрать и обучить новых проектировщиков быстро будет нереально. А спецов, которые займутся собственным бизнесом или уйдут в другие сферы, переманить обратно будет сложно.

Сейчас на уровне формального закрытия добрая половина архитектурных мастерских Красноярска, у них нет заказов, несколько месяцев просто не работают. А ведь в мастерских задействованы высококвалифицированные специалисты. Фирмы сокращают штаты, предлагают сотрудникам уйти в неоплачиваемые отпуска — в надежде их не потерять. Если еще осенью прошлого года на объявления «Ищу архитектора», мало кто реагировал, теперь на одно объявление о вакансии архитектора или проектировщика идет вал резюме и заявок.

Еще недавно ощущался дефицит ГИПов, ГАПов, проектировщиков, архитекторов, конструкторов, профессионалов таких специальностей днем с огнем было не найти,  сейчас они сами ищут работу.

Но ведь людям нужно работать и зарабатывать. Можно ли назвать это выживанием? Скорее всего, нет. Это значит, что архитектурно-проектные бюро будут закрываться.

Все эти тенденции ведут к тому, что через несколько лет возродить проектный цех будет невозможно.

Одного красноречия мало

— При этом идет пропаганда активности государства, постоянно говорится о поддержке строительной отрасли. На деле — ничего не чувствуется. Насколько я понимаю, нужна другая модель поведения властей. Нужны не пропагандистские, даже самые правильные слова, а конкретные действия, которые показывают, что мы не просто пережидаем неудачное время, а движемся к чему-то. Или наша цель — вернуться к тому, как было до кризиса? Мы должны понимать, какие цели перед нами стоят, куда мы хотим попасть, и это  должно быть ясно сформулировано? Тревога, как у строителей, так и проектировщиков растет прямо пропорционально объемам этой пропаганды?

— А  министерство строительства обеспокоено, и постоянно об этом твердит, только сохранением базовых проектных институтов, в которых и сосредоточивается большая часть бюджетных заказов. Очевидно, выработана стратегия расширения штата именно в этих институтах. Но ведь мало-мальски самостоятельный архитектор и проектировщик уже не пойдет в такие бюрократизированные структуры. Конечно, базовые институты должны быть, они специализируются на разработке генеральных планов, схем территориального планирования, инженерной и транспортной инфраструктуры. Это совершенно правильно, это государственные задачи.

— Значит, оказывается помощь исключительно проектным институтам?

— Совершенно верно. У власти есть большое желание восстановить проектные институты по советскому образцу. Тогда ими будет легче управлять и править. А ведь управлять не надо. Власть как участник отношений должна регулировать процесс.

Об инфраструктуре проектного цеха

— Раздаются голоса об очищающей роли кризиса, который якобы сможет остудить перегретый проектно-строительный рынок. Говорят, что Красноярск, как и многие крупные города России, — это город, где проектировали и строили исключительно для бизнеса, для инвесторов. Строили не для людей, а для денег, квадратный метр стал инвестиционным активом, а не способом улучшения реальной жизни людей. Мы пришли к катастрофической ситуации с транспортом, экологией и памятниками архитектуры. Рынок недвижимости коррумпирован и спекулятивен. И хорошо, что все это закончилось. Теперь, дескать, останется на рынке сильнейший и лучший.

— Прогнозы пессимистические. Теория Дарвина к архитектуре не применима. Не выживет в первую очередь сильнейший. Необдуманная экономия и сиюминутный эгоизм должны уступить место стратегическому мышлению или хотя бы здравому смыслу. Нужна инфраструктура проектного цеха.

А так называемый «сильнейший», как правило, оказывается хитрейшим. Сильнейшими могут оказаться в итоге проектные структуры, которые занимаются проектированием сугубо технических объектов, причем многочисленным потоком, когда идет вал. А когда делается проект общественно значимый, такой проект — всегда уникальный, штучный, требующий колоссальной индивидуальной отдачи. Плюс субподрядчики – специализированные фирмы, которых надо подключать к проекту.

Была ложная эйфория: стратегически мыслящие застройщики и заказчики в этот временной промежуток отсутствия денег займутся более тщательной проработкой проектов. Однако эта иллюзия быстро рассеялась. Ничего подобного не произошло.

— «Не будем о грустном». Раньше так было принято завершать разговоры на неприятные темы, но сегодня эта формула не проходит. Насколько я понимаю, градус общей нервозности внутри проектного цеха растет как на дрожжах. Что же следует предпринимать в первую очередь?

— Возвращаясь к судьбам профессии: так или иначе сегодня на первый план выходит проблематика социальной ответственности архитектора перед обществом. Должен быть некий образ того, как хочет наше руководство вывести страну через некоторое время. Какой обновленной она может стать после кризиса? Так как этой надежды нет, есть ощущение, что главное — пересидеть, переждать, чтобы все вернулось к тому, как было.

Однако ясно, что так, как было, больше не будет. Собственно, страх перемен и понимание, куда мы движемся, и делает перспективу особенно неясной. А неясность в таких случаях и является ключевым фактором. Что, в конце концов, мы не только услышим слова: «Мы, власть, должны поддержать малый и средний бизнес, прекратить административное давление, начать диалог с профессионалами, исправить законодательные ошибки», но и увидим действия.


Социальная направленность проектной деятельности в предстоящие годы будет все более очевидной. Оно и понятно: практически единственным источником заказов для архитекторов и строителей станет муниципальный бюджет.

ОТ РЕДАКЦИИ

Мы неоднократно писали о 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» от 21 июля 2005 года (вступил в силу с 1 января 2006 года). Более трех лет он пополняется поправками, но остается неизменным по сути.

Закон этот можно считать примером некомпетентности законодательной власти, поскольку написан он так, что покупка шариковых ручек и выбор проекта, скажем, оперного театра осуществляются по единым правилам, а главным критерием выбора является минимальная цена.

Вот, к примеру, сейчас среди масштабных антикризисных мер президентом и правительством России заявляются  инфраструктурные работы по строительству дорог, мостов, капремонту домов, работы по благоустройству значительных территорий. Причины этого понятны. И главная предпосылка понятна — для сохранения социально-политической стабильности необходимо обеспечение занятости широких масс. Наверное, будет лишним напоминать, как в 1930-е годы в Америке был преодолен кризис и построены дороги, плотины, мосты. Тогда же получили развитие многие инновационные технологические проекты. А вот если представить себе, как в России мосты и дороги будут построены на тех самых демпинговых, кабальных условиях? Каково будет качество выполняемых работ при снижении на аукционе цены в два-три раза?  Что остается делать горе-победителям?

94-ФЗ болезненно отразился на архитектурной деятельности. Весь обширный международный и отечественный опыт не был взят во внимание.  Спустя год некоторые ошибки были признаны, но исправлять их поручено тем же авторам. Например, новая редакция закона, введенная в действие с 1 октября 2007 года, содержит пункт (глава 2.1, статья 31.1) со сложным названием «Особенности размещения заказа путем проведения открытого конкурса на право заключить государственный или муниципальный контракт на создание произведения литературы или искусства, исполнения, на финансирование проката или показа национального фильма». Замечательно, что в перечне произведений, подпадающих под действие этой главы, процитирован Закон «Об авторском праве и смежных правах», в котором перечислены «Архитектурные проекты, проекты произведений градостроительства и садово-паркового искусства». Иными словами, все государственные или муниципальные заказы на создание таких проектов должны заключаться на основе только открытых конкурсов, порядок которых изложен в данном Федеральном законе.

Вроде бы поправки должны были существенно изменить положение дел.

Во-первых, все без исключения контракты на проекты для государственных и муниципальных нужд должны заключаться только на основании открытых конкурсов.

Во-вторых, в жюри такого конкурса (которое названо «конкурсной комиссией») должно быть не менее 50% архитекторов и (или) градостроителей.

В-третьих, конкурсная комиссия вправе рассматривать не только предложенную цену и сроки исполнения (как это было в предыдущей редакции), но и качественные характеристики предлагаемого произведения.

В-четвертых, сами произведения прилагаются к «конкурсной документации» в качестве бесплатного приложения в форме «проекта произведения», правда, только в том случае, если это предусмотрено конкурсной документацией.

И, наконец, в-пятых, в новой редакции предусмотрена процедура «открытого доступа» — вероятно, под этим следует понимать выставку представленных проектов.

Если бы не одно «но»! Оказывается, в процессе оценки поданных проектов «совокупная значимость» всех качественных критериев (художественная и культурная значимость, качественные характеристики произведения, квалификация участников) «не может составлять более 45%». Соответственно 55% составляют значимость сроков создания произведения и его цены.

И все же даже в этой неразберихе можно попытаться развернуть ситуацию в позитивное русло, создав новые правила отбора архитектурных и градостроительных проектов на основе открытых конкурсов. Такой шанс есть.

Алексей Мякота сделал акцент на том, что в ряде стран Европы уже многие десятилетия существуют утвержденные парламентом (в Италии, Германии, Испании) или авторитетными национальными профессиональными организациями (Англия, Ирландия, Франция) минимальные ставки вознаграждения архитекторов и инженеров. Нельзя уменьшить стоимость проектирования, а можно только соревноваться в качестве предложений.

Кто может и должен инициировать у нас такие нормы? Наверное, таким инструментом могут и должны стать некоммерческие партнерства архитекторов и проектировщиков, которые в недалеком будущем должны получить статус СРО.

Несмотря на всю противоречивость и неоднородность частных оценок перехода к саморегулированию, вывод ясен: красноярские архитекторы определились с выбором и  включились в эту работу. Создано некоммерческое партнерство «ГАП Красноярья». Все согласны, что обратной дороги нет. А значит, такая реформация потребует от  некоммерческого партнерства ответственных инициатив в нормативно-правовой и процедурной сфере. Например, в необходимости разработки и утверждения временных ценников с предельными понижающими коэффициентами на различные виды проектных работ.

Это может стать важным шагом к защите профессии от демпинга, сохранению квалифицированных специалистов  и преемственности поколений в проектировании.

Допустим, к какому-то государственному крупному начальнику приходит конструктор межпланетного корабля. Он же не объясняет тонкости конструкции, ему должны изначально доверять как специалисту, который умеет конструировать такие вещи.  Корабль полетит – хорошо, не полетит — будет отвечать. А градостроительство – такая сфера, в которой все себя считают специалистами, начальники — большие и маленькие — не прислушиваются к мнению профессионалов. Голоса мастеров-градостроителей и опытных архитекторов просто игнорируются. Поэтому профессионалы постоянно сталкиваются с тем, что часто даже в самых высоких решениях имеются элементарные ошибки. Чиновник считает, что он знает лучше. Архитекторы привыкают к таким извращенным правилам игры. Мы довольно дорого за это платим. У нас нет нормального института экспертизы.

Кризис несет вызов, прежде всего, профессионализму архитекторов. Сейчас много внимания уделяется наличию или отсутствию денег, и самая большая опасность для архитектуры заключается в том, что может произойти переориентация на низкобюджетные проекты за счет снижения их качества. Это фактически будет шаг назад по отношению к тому, что уже достигнуто архитекторами. Настоящей проверкой профессионализма архитекторов станет актуальная для сегодняшнего дня задача – добиться максимального качества объектов в различной ценовой категории.

Однако посещение различных мероприятий, проходивших в феврале-апреле в Красноярске и Новосибирске, показало: участники единодушны во мнении, что кризис дает новое видение на все аспекты нашей жизни. Меняются приоритеты, подходы к бизнесу и его составным частям. И, что самое интересное, решения принимаются гораздо быстрее, чем в условиях предыдущего стабильного развития. Значит, надо активнее предлагать свои идеи и менять правила игры.

Властные структуры не уделяют полноценного внимания теме градостроительства, давно назрела необходимость создания Градостроительного совета при губернаторе или правительстве. Этот орган будет призван определять стратегию градостроительного развития региона и предлагать пути решения важнейших задач в сфере архитектуры.

Получается, что из-за законодательных подходов к конкурсам по проектным работам квалифицированные специалисты не смогут иметь доступа к бюджетным заказам.

Сообщения с форума:
сообщений нет

 
Интересная статья? Поделись ей с другими:
На главную >> Архитектура >> Социал-дарвинизм к архитектуре не применим