Skip to content

На главную >> Архитектура >> Константин Шумов: «В погоне за квадратными метрами мы теряем архитектуру»
Константин Шумов: «В погоне за квадратными метрами мы теряем архитектуру»
Разместил(а) Вера БИКТИМИРОВА
Архитектура
05.10.10 01:37

shumovЭтот номер «Строителя» задумывался как праздничный – приуроченный к Всемирному дню архитектуры. Но очень скоро мы поняли, что парадным и благостным он точно не будет: красноярские архитекторы, с которыми встречались наши корреспонденты, накануне праздника больше говорили о проблемах, чем о достижениях. С этого же началась и наша беседа с Константином Шумовым, главным архитектором Красноярского края.

– Константин Юрьевич, в последнее время много говорится о том, что строительная отрасль нуждается в большем внимании со стороны государства, что без урегулирования ряда вопросов именно на государственном уровне этой сфере не обойтись. А про архитектуру – молчок. Там что – полный порядок? Или архитекторы идут как бы «в одной упаковке» со строителями?

– Строительная сфера, действительно, испытывает недостаток госрегулирования. Однако в этой области все же появляются новые законы, вносятся поправки в уже существующие – строители даже жалуются на их переизбыток. А мы имеем полумертвый Закон об архитектурной деятельности при полном отсутствии институа архитектурно-планировочного задания. Сегодня у муниципалитетов нет полномочий даже на согласование архитектурных проектов. Это значит, на смену отношениям «государство – архитектор» окончательно и бесповоротно пришли отношения «заказчик – архитектор». С одной стороны, это объяснимо: государство сейчас практически ничего не строит, кроме разве что дешевого социального жилья. А какая уж там архитектура... Поэтому основными заказчиками являются корпорации или частные лица. Разумеется, те, кто может себе это позволить. Отсюда еще одна тенденция, давно и мощно дающая о себе знать в столице и добравшаяся до нашего региона: архитектура становится товаром. Это по-разному проявляется. В Москве, к примеру, заказчики прямо-таки гоняются за профессионалами с громкими именами и таким образом соревнуются друг с другом: они понимают, что необычный, оригинальный архитектурный «продукт» способен раскрыть и их собственную индивидуальность. Но, с другой стороны, есть и те, для кого такого рода самовыражение является чем-то вроде малинового пиджака начала 90-х... Существует сегодня и другая тенденция, порожденная пресловутым ФЗ-94, согласно которому госзаказ достается подрядчику, предложившему за его выполнение наименьшую цену. Снижать цену до бесконечности могут только маргиналы и халтурщики, готовые работать за копейки, лишь бы удержаться на плаву. А ведь хорошая архитектура дешевой не бывает...

Вот такая получается гремучая смесь. Есть сегодня, с одной стороны, по-настоящему качественные, талантливые проекты. А о качестве архитектуры, «зажатой» между самодурствующим заказчиком и игрой на понижение, лучше умолчим...

– А реально ли сегодня объяснить людям, что все-таки именно архитектор – фигура номер один, а строители должны следовать за его замыслами и решениями?

– Я бы так расставил приоритеты: на первом месте – все же государственное регулирование градостроительных процессов. Далее – творец. И уже потом – умный, грамотный, культурный заказчик. Который, конечно, сам по себе таким не станет: его тоже нужно воспитывать. Но воспитание – длительный, непрерывный и кропотливый процесс. А мы сегодня в погоне за квадратными метрами теряем архитектуру в изначальном смысле этого слова – теряем ансамбль, стиль, новации в этой области. В Красноярске есть компании, которые годами строят одно и то же, с минимальными изменениями технологий. Такое положение вещей убивает конкуренцию в нашей сфере, порождает негатив по отношению к такого рода архитектуре, приводит к стагнации творческого процесса. Безусловно, есть образованные, грамотные заказчики, стремящиеся с помощью архитекторов обрести, фигурально выражаясь, собственное лицо. Но их единицы.

– В нашем городе действительно есть по-настоящему интересные объекты. Но не слишком ли разнородные? У каждого – свое лицо, это верно. Но не теряет ли в итоге свое лицо город?..

– Было время, когда в наших городах преобладали архитектурные ансамбли. Но для эпохи капитализма более актуально понятие не «ансамбль», а «комплекс». Владелец земельного участка, только-только получив его в собственность, первым делом старается соорудить нечто отличное от того, что выстроил сосед. Вот поэтому мы в пределах одного города имеем такую широкую архитектурную палитру: тут и классика, и такой смелый авангард, что иногда непонятно, как эти сооружения вообще на земле держатся... Да, это тенденция последнего времени: здания не образуют единого ансамбля, но каждое из них по отдельности вполне может являться произведением архитектуры. Плохо, если рядом с этим произведением возводится нечто, что таковым не является...

– Но в ряде стран фантазия отдельных заказчиков все же ограничивается государством или же местными властями – чтобы город имел свой собственный, узнаваемый облик...

– Как я уже говорил, у нас мунципалитеты не имеют права даже установить единый цвет крыш для городских домов. Хотя, например, в Европе это норма: при всей разнохарактерности построек есть некий элемент, который их объединяет. Красные черепичные крыши, например, или цвет стен... Это создает ансамблевость, несмотря на многообразие архитектурных решений. Или, к примеру, почему бы не отдать на откуп муниципалитетам использование естественных строительных материалов, распространенных в той или иной местности, или не разрешить им обыгрывать своеобразие традиционной местной архитектуры? Разумеется, при условии соблюдения единых для всех требований по безопасности. Безусловно, и общественность должна участвовать в обсуждении таких «местных» правил, норм проектирования. Увы, нашим законодательством это тоже не предусмотрено...

– Мы много говорим о проблемах, но беседуем-то накануне праздника. Как вы считаете, если бы празднование Всемирного дня архитектуры стало традиционным для красноярских специалистов, это в какой-то мере помогло бы им объединиться, сообща решить свои проблемы? Или архитекторы, как все творческие люди, – индивидуалисты?

– В принципе, корпоративные традиции призван поддерживать Союз архитекторов. Но – это все же несколько иного плана объединение, чем, скажем, Союз строителей. В последний входят юридические лица, а Союз архитекторов – это прежде всего персоналии... И хотя традиции празднования Дня архитектуры у нас существуют, из-за отсутствия интереса со стороны власти (несмотря на все декларации о значимости роли архитектора в современном обществе) праздник этот проходит негромко. Не как День строителя, например. И это совершенно неправильно. Не в празднике дело, конечно. А в том, что в нашем городе должна кипеть архитектурная жизнь – выставки, конкурсы, форумы, обсуждения... А ее нет.

– Вы упомянули об отсутствии интереса власти к архитектуре. Но вы ведь и сами представитель исполнительной власти... Вам наверняка изнутри виднее – чем обусловлено такое невнимание.

– К этому вопросу надо подходить диалектически. Есть губернатор, который заинтересован в развитии края, в том числе и архитектуры – грамотной, качественной, инновационной. И проекты краевого уровня мы все видим. Взять тот же БКЗ, в реконструкцию которого вложено около 3 млрд рублей. Да, есть те, кто критикует краевое правительство за подобные расходы, но в качестве этого проекта вряд ли кто-то усомнится. Есть СФУ, который строился по единому генплану. Посмотрите, как он преобразился сам за последние годы и как преобразил город. Это ли не показатель заинтересованности власти в развитии градостроительства и архитектуры? Но... власть власти рознь. Малые города края застравиваются совершенно чудовищными объектами, которые непонятно кто разрабатывал, строил, а главное – разрешал. Кроме того, в районах края из-за неграмотности местных властей и «проектировщиков» разрушаются и уникальные природные ландшафты. Слава богу, нам удалось отстоять Ергаки, где по, мягко говоря, странному проекту собирались построить туристический лагерь. Но принудить к чему бы то ни было местные власти мы не имеем права – а ведь в муниципальных образованиях все решают только они. Кстати, и та самая «архитектурная жизнь», о которой я говорил, должна развиваться именно на местном уровне, из краевого центра мы никого не можем заставить ее вести. То есть – в отсутствие внятных законов – все в очередной раз зависит от культуры конкретных лиц.

– Но ведь в каждом городе есть свой главный архитектор – каков его статус, полномочия?

– Они также проистекают из Градостроительного кодекса. Главный архитектор отвечает за разработку генеральной планировки города, формирование и предоставление земельных участков, выдачу разрешений на строительство, введение объектов в эксплуатацию... То есть за все, что угодно, только не за некий творческий процесс, который, в представлении большинства, традиционно связан с работой архитектора.

– А общественное мнение может повлять на то, какие объекты и по каким проектам будут строиться в городе? За рубежом подобные обсуждения – обычная практика...

– В Красноярске есть общественный Градостроительный совет. Он может обсуждать все что угодно, но с точки зрения закона его решения силы не имеют. Они носят лишь рекомендательный характер. То есть к исполнению не обязательны и, по сути, ни на что не влияют.

– Но, может быть, профессионалы могли бы сказать свое слово? Хотя бы в порядке совета. Поправить, так сказать, коллег, если что.

– А разве у нас вообще существует архитектурная критика? Вы можете, к примеру, назвать красноярское издание, которое бы обращалось не к юридическим аспектам градостроительства, не к теме отношений с властью, а занималось бы именно архитектурной критикой? Да, СМИ порой выдают материалы с нелициприятной оценкой существующей ситуации, но, простите, как это может повлиять на уже готовые объекты? А ведь критика – это возможность воспитывать власть, заказчика, строителя, конечного потребителя, производителя стройматериалов... Всех участников процесса! И в этом плане роль архитектурного сообщества могла бы быть действительно неоценима.

– Мы хотели открыть соответствующую рубрику, но не получилось. Архитекторы либо критиковали друг друга с переходом на личности, либо, напротив, заявляли, что тем, кто делает, рассуждать не с руки, либо «перенаправляли» нас к искусствоведам. А те, в свою очередь, принципиально отказывались работать со СМИ...

– А вы знаете, по-своему они правы. Испокон веков суждения об архитектуре выдают люди, которые не только никогда ей не занимались, но и не разбираются в ней вовсе. Отсюда и негативное отношение к архитектурному цеху. Да и искуссствовед ведь тоже не архитектор, а потому рискует напроситься на вопрос практиков: а ты сам кто такой, чего такого сделал?.. Нет, критиком должен быть все же архитектор. Например, человек с огромным опытом, который сам уже отошел от дел. Или, скажем, преподаватели Института архитектуры СФУ. Там сразу несколько кафедр объясняют молодежи, что можно делать в архитектуре, а что нельзя. Почему бы и тем, кто постарше, это не объяснить? Но пока у нас на эту деятельность никто не сориентирован. Хотя она необходима.

– От критики – к поздравлениям. Праздник все-таки! Что бы вы хотели пожелать коллегам по цеху во Всемирный день архитектуры?

– Вне всякого сомнения, Всемирный день архитектуры – это праздник и российских архитекторов, и красноярских в том числе. Ведь Россия сегодня интегрирована не только в мировой экономический процесс, но и в творческий и при этом занимает в международном архитектурном сообществе свою особенную нишу, имеет собственные достижения и богатые традиции. Так что нам есть что отпраздновать. А коллегам хочу пожелать, чтобы они высоко держали професиональну планку и двигались вперед.

Вера БИКТИМИРОВА

{jcomments on}

Сообщения с форума:
сообщений нет

 
Интересная статья? Поделись ей с другими:

Также смотрите:

На главную >> Архитектура >> Константин Шумов: «В погоне за квадратными метрами мы теряем архитектуру»